Когда завирусилась идея «найди любимую работу и не будешь работать ни дня», это казалось милым и вдохновляющим.

Но как обычно бывает, один невротический перекос «кто не работает, тот не ест», вылился в другой - вот этот самый.

Что работа - «она, на счастье-радость нам дана!».

Нельзя сказать, что это не так. В работе очень много радости в самых разных ее проявлениях, особенно, когда она по душе и талантам.

Только есть один маленький… большой нюанс - работа остается работой, даже если очень ее любишь. И отдыхать от любимой работы нужно ничуть не меньше, чем от любой другой.
Иначе как в известном перфомансе Марины Абрамович и Улая с самым долгим поцелуем, он в итоге длился 17 минут и потом оба потеряли сознание от перенасыщения углекислым газом.
Идея любимой работы как манны небесной поселилась во мне задолго до того, как стала массовой мантрой. И поэтому уже успела «аукнуться» по полной программе - года без выходных (ну я же так люблю этот проект, поведу-ка тренинги между тренингами), и командировками со сменой часовых поясов - и сразу в самую гущу обучений, переговоров, конференций, и тем еще, что любимая работа постоянно присутствует фоново даже когда она уже завершена, - дома, в ночи, с утра, постоянно.

Ну и, кстати, кроме изматывающей составляющей, когда ты не ешь, не спишь в прямом смысле, ибо некогда, есть и еще риск -  понижение финансовых амбиций.

«Я же так это люблю, при чем здесь деньги, лишь бы делать это» - такое убеждение вряд ли поспособствует росту доходов.

Поэтому создание в своей профессиональной жизни баланса «брать-давать» стало для меня буквально моральной ломкой.

Все это состояние смахивает на классический эксперимент, проведенный в 50–е гг Джеймсом Олдсом и Питером Миллнером, когда лабораторным крысам, посаженным в коробку, вживляли электрод в «центр удовольствия» мозга. Активация происходила за счет рычага, на который крыса могла нажимать (а могла и не нажимать) по своему выбору. Экспериментаторы свидетельствовали печальный факт - она нажимала на рычаг снова и снова, до полного изнеможения и даже смерти.

После таких ярких метафор настает момент для вывода.

Он напрашивается сами собой.

Чем отличается зависимость от увлеченности? Тем, кто управляет.

Мы управляем желанием работать или желание работать управляет нами.

И вот когда работа любимая, намного легче потерять управление этим процессом, отдаться дофаминовой буре.

Особенно, если ещё и находишься в поле «go-go-go culture», как ёмко называют наши европейские коллеги зацикленность на «лучшей версии себя», «делай лучшее, что можешь», «если ты стоишь, то ты катишься назад» и проч «успешном успехе».

Сегодня я с большой аккуратностью занимаюсь планированием. И даже во многом преуспела.
Но было бы неправдой сказать, что все уже идеально.

Вот только вчера вечером я была полуживой после полноценного и очень интенсивного рабочего дня по вопросам центра, мирового собрания специалистов по образованию Международной ассоциации остеосинтеза и ещё вечерней прогулкой с отслушиванием аудио сессии, отправленной на менторинг («ну а зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?!»

Но что точно поменялось в лучшую сторону - так это мое твердое понимание, не головой, а буквально нутром, что от любимой работы точно также как и от нелюбимой не просто нужно, а необходимо отдыхать.

Что время отдыха требуется планировать также, как и время работы.

И! Это не значит, что отдых должен быть активным и насыщенным. Он может был вялым и безыдейным. И это ценное времяпровождение, за которое себя нужно хвалить, вот прямо хвалить.

И что финансовый аспект отлично помогает сделать планирование реалистичным, отсекая лишнее.

А еще у меня для вас невероятно оптимистичная добавка к экспериментам о дофаминовой крысе.

Ссылаясь на него, мы упускаем одну деталь, которая, как оказалось, имеет принципиальное значение.

Крыса с рычажком была ОДНА в коробке, отделенная от других крыс.

Оказывается, если крыса не одна, если их несколько - то рычажок перестает быть центром ее вселенной!

«Крысы - очень социальные животные, они предпочитают взаимодействовать с другими крысами, нежели заниматься чем-то, даже самым приятным, в одиночку. Особенно в больших группах - от 5 и более особей», - рассказала Анастасия Слюсарь, магистр биологии Рурского университета Бохума.

Живая совместная деятельность с другими людьми - это интересная возможность быть более свободным от фанатичной захваченности своей работой (подсмотрено у крыс).

Кстати, когда у меня появилась команда, дела и впрямь пошли намного легче и фактически, и морально.

Тут, конечно, не увлечься бы сверх меры командой.

Но это уже другой вопрос, отложу его до следующего раза.

Всем спокойного и сбалансированного дня!